←К оглавлению

Ошо (Бхагван Шри Раджниш) - Книга тайн - 1 (Вигьяна Бхайрава Тантра)

Глава 4. ПРЕОДОЛЕНИЕ ИЛЛЮЗИЙ УМА

4 октября 1972 года, Бомбей, Индия

Вопросы:

Как может осознание промежутка в дыхании привести к просветлению?

Как работать и практиковать осознание дыхания одновременно?

Вопрос:

Как это возможно, чтобы путем простого осознания конкретного момента в процессе дыхания можно было достичь просветления? Как возможно стать свободным от неосознанности всего лишь осоз­нанием такого кратковременного промежутка в дыхании?

Этот вопрос является очень важным и, по всей вероятности, мно­гим приходит в голову. В связи с ним многое должно быть понято. Первое – это мысль о том, что божественности трудно достигнуть. Ни то и ни другое, то есть, нет ни трудности, ни достижения. Кто бы вы ни были, вы уже божественны. Ничего нового не нужно добавлять к вашему существу и ничего не нужно отнимать; вы настолько совер­шенны, насколько это возможно. Это не означает, что вы собираетесь быть совершенным когда-либо в будущем, это не означает, что вы должны сделать что-нибудь трудновыполнимое, чтобы стать самим собой. Это не путешествие в какую-то другую точку пространства; вы не должны отправляться куда-либо. Вы уже здесь. То, что вы должны достигнуть, уже достигнуто. Эта идея должна проникнуть глубоко внутрь, только тогда вы будете в состоянии понять, почему могут помочь такие простые техники.

Если божественность является некоторым достижением, тогда конечно оно должно быть трудным – не только трудным, но практи­чески невозможным. Если вы уже не являетесь божественными, то вы и не можете ими быть, вы никогда не сможете ими быть, потому что как небожественное может стать божественным? Если вы уже не являетесь божественными, то такой возможности и нет, нет никаких способов для достижения этого. И не имеет значения, какие усилия вы будете прилагать. Усилия того, кто уже не является божествен­ным, не могут создать божественность. Если вы не божественны, ваши усилия не могут создать божественного. Тогда это невозможно.

Но вся ситуация совершенно противоположна: вы уже являетесь тем, что хотели бы получить. Цель вашего страстного желания уже здесь, она присутствует в вас. Здесь и сейчас, в этот самый момент вы являетесь тем, что известно как божественное. Предельное здесь, оно уже имеет место. Вот почему простые техники могут помочь. Это не достижение, а обнаружение. Искомое спрятано, и оно спрятано в очень, очень маленьких вещах.

Ваша личность окутана одеждами. Ваше тело находится здесь, но спрятано в одежды; аналогичным образом ваша божественность здесь, но она также спрятана в одежды. Этими одеждами является ваша индивидуальность. Вы можете быть не прикрыты одеждами, как это имеет место здесь и сейчас, и таким же образом вы можете быть обнаженными в вашей божественности. Но вы не знаете, что является одеждами. Вы не знаете, как вы спрятаны в них; вы не знаете, как стать обнаженным. Вы были в этих одеждах так долго – вы были в этих одеждах в течение многих, многих жизней – и вы на­столько отождествили себя с этими одеждами, что как вы можете даже подумать, что это одежды. Вы думаете, что эти одежды и есть вы. Это только барьер.

Вы, например, имеете некоторое сокровище, но вы забыли или вы еще не узнали, что это сокровище, и вы продолжаете попрошай­ничать на улицах... вы нищий. Если кто-нибудь скажет: «Иди и по­смотри в своем доме. Ты не должен быть нищим, в этот самый момент ты можешь быть императором», то нищий должен отве­тить: «Какую чушь вы говорите. Как я могу быть императором в этот самый момент? Я был нищим в течение многих лет, сейчас я нищий и если я буду просить подаяние всю свою жизнь, я все равно не смогу стать императором. Как абсурдно и нелогично ваше утверждение о том, что я могу быть императором в этот самый момент».

Это невозможно. Нищий не может в это поверить. Почему? По­тому что нищенствующий ум представляет собой давнюю привычку. Но если сокровище всего лишь спрятано в доме, тогда простым копанием, удалением некоторого количества земли сокровище будет найдено. И немедленно он перестанет быть нищим, он станет импе­ратором.

Так же обстоит дело с божественным: это скрытое сокровище. Ничего не нужно достигать где-то в будущем. Вы еще не распознали его, но оно уже в вас. Вы являетесь сокровищем, но продолжаете попрошайничать.

Такие простые техники могут помочь. Вскапывание, удаление некоторого количества земли не является большим усилием, и вы можете стать императором немедленно. Вы должны покопать немно­го, чтобы удалить землю. А когда я говорю «удалить землю», то это имеет не только символическое значение. Буквально ваше тело явля­ется частью земли, а вы идентифицируете себя с телом. Удалите немного земли, создайте в ней отверстие, и вы придете к пониманию этого сокровища.

Вот почему этот вопрос многим приходит в голову. На самом деле все задают вопрос: «Такая простая техника как эта – осознать свое дыхание, осознать входящее дыхание и выходящее дыхание и уло­вить интервал между ними – и этого достаточно?» Такая простая вещь! Достаточно ли этого для просветления? Является ли это един­ственной разницей между вами и Буддой, – что вы не осознали промежуток между вдохом и выдохом, а он осознал его – только такая разница? Это кажется нелогичным. Между Буддой и вами огромная дистанция. Дистанция кажется бесконечной. Дистанция между ни­щим и императором является бесконечной, но нищий может немед­ленно стать императором, если сокровище уже спрятано.

Будда был нищим вроде вас; он не всегда был буддой. В некото­рый конкретный момент нищий умер и он стал мастером. На самом деле это не постепенный процесс; это не значит, что Будда продолжал накапливать некоторое богатство, а затем однажды он перестал быть нищим и стал императором. Нет, нищий никогда не сможет стать императором, если он собирается копить, он навсегда останется ни­щим. Он может стать богатым нищим, но он останется нищим. А богатый нищий является нищим в большей степени, чем бедный нищий.

Однажды, внезапно, Будда осознал свое внутреннее сокровище. Тогда он перестал быть нищим, он стал мастером. Расстояние между Гаутамой Сиддхартхой и Гаутамой Буддой бесконечно. Это то же расстояние, что между вами и Буддой. Но внутри вас спрятано столь­ко же сокровищ, сколько в Будде.

Возьмем другой пример... Человек родился слепым, с больными глазами. Для слепого человека мир совсем другой. Небольшая опе­рация может все изменить, потому что в порядок нужно привести только глаза. В тот момент, когда глаза приведены в порядок, где-то оказывается спрятанным провидец, и он начинает смотреть своими глазами. Провидец уже там, но окна закрыты. Вы живете в доме без окон. Вы можете пробить отверстие в стене и внезапно вы выглянете наружу.

Мы уже те, какими мы будем, какими мы должны быть. Будущее уже спрятано в настоящем; все возможности уже имеются здесь в зародыше. Нужно только проломить окно, нужна только небольшая хирургическая операция. Если вы сможете понять то, что божествен­ное уже здесь, уже имеет место, то не будет проблем относительно того, как могут помочь такие малые усилия.

На самом деле никаких больших усилий и не нужно. Нужны только малые усилия, и чем меньше, тем лучше. Еще лучше, если вы работаете вообще без усилий. Вот почему так получается, это случа­ется много раз, что чем больше вы стараетесь, тем труднее достичь. В барьер превращаются сами ваши усилия, ваше напряжение, ваша занятость, ваше страстное желание, ваши ожидания. Но при очень небольших усилиях, усилиях без усилий, как говорят в дзэне – дела­ние, как будто неделание – это случается легко. Чем больше вы схо­дите с ума по этому поводу, тем меньше вероятность, потому что там, где нужна игла, вы используете меч. Меч окажется бесполезным. Меч может быть большим по размеру, но там, где нужна игла, меч не сможет ничего сделать.

Пойдите к мяснику – у него очень большие инструменты. Пой­дите к нейрохирургу: у него вы не найдете таких больших инструмен­тов. А если найдете – бегите немедленно! Нейрохирург не мясник. Ему нужны очень тонкие инструменты – чем меньше, тем лучше.

Техники достижения божественного являются более тонкими; они не грубые. Они и не могут быть грубыми, поскольку здесь хирур­гия еще более тонкая. Нейрохирург еще имеет дело с грубой мате­рией, но когда вы работаете в духовном плане, хирургия становится все более и более эстетической. Здесь нет грубой материи. Она ста­новится тонкой – это первое.

Во-вторых, вопрос звучит так: «Если что-то является малым, то, как оно может привести к большим последствиям?» Этот взгляд является нерациональным, ненаучным. Сейчас наука знает, что чем меньше частицы, чем более они атомарны, тем более они взрывчаты – фактически больше. Чем они меньше, тем больше эффект. Могли ли вы осознать до 1945 года, что какой-нибудь поэт или мечтатель с воображением мог представить себе, что два атомных взрыва сотрут с лица Земли полностью два больших города в Японии – Хиросиму и Нагасаки? В течение нескольких секунд двести тысяч людей были просто стерты с лица Земли. И что было использовано в качестве взрывчатой энергии? Атом! Самая маленькая частица уничтожила два больших города. Вы не можете видеть атом. Вы не можете видеть его не только глазами, но и никакими другими средствами. Атом невозможно увидеть никаким инструментом; мы можем наблюдать лишь некоторые эффекты, вызванные атомом.

Поэтому не думайте, что Гималаи больше чего-либо другого, потому что у них такое большое тело. Гималаи бессильны перед атомным взрывом. Один маленький атом может уничтожить все Гималаи. В грубой материи размер не обязательно соответствует энергии. Наоборот, чем меньшим является что-либо, тем большей проникающей способностью оно обладает. Чем меньше что-либо, тем с большей интенсивностью оно наполняется энергией.

Эти малые техники являются атомными. Те, кто делает более крупные вещи, не знают науки об атоме. Вы думаете, что тот, кто работает с атомами, является маленьким человечком, работающим с маленькими вещами, а тот, кто работает с Гималаями, выглядит очень большим. Гитлер работал с большими массами; Мао работает с большими массами. А Эйнштейн и Планк работали в своих лабо­раториях с очень малыми частицами материи – с частицами энер­гии. Но, в конце концов, перед достижениями Эйнштейна политики оказались бессильными. Они работали над большими холстами, но они не знали секретов малых вещей.

Моралисты всегда работают над большими планами, но это гру­бо. Все выглядит очень большим. Они посвящают всю свою жизнь морализированию, практикуя то или иное для саньямы – самоконт­роля. Они продолжают контролировать – вся их величественная сис­тема выглядит очень большой.

Тантра не имеет дела с этим. Тантра имеет дело с атомными секретами человеческого бытия, человеческого ума, человеческого сознания. И тантра постигла эти атомные секреты. Ее методы явля­ются атомными методами. Если вы сможете постичь их, их резуль­тат будет взрывообразным, космическим.

Следует отметить еще один момент. Если вы можете сказать: «Как это может быть, чтобы от таких маленьких, простых упражнений кто-либо становился просветленным?», то вы говорите это, не делая самих упражнений. Если бы вы их делали, то вы бы не говорили, что они маленькие и простые. Они лишь выглядят такими, поскольку все уп­ражнение может быть описано двумя или тремя предложениями.

Знаете ли вы атомные формулы? Два или три слова – вот и вся атомная формула. А по этим двум или трем словам тот, кто может понять их, тот, кто может использовать их, может разрушить всю Землю. А формула очень мала.

Описания техник тоже являются формулами, поэтому если вы просто смотрите на формулу, то она покажется очень, очень малень­кой и простой. Это не так! Попытайтесь выполнить ее. Когда вы выполните ее, то вы узнаете, что это нелегко. Она выглядит простой, но это одна из глубочайших вещей. Мы проанализируем весь про­цесс, и тогда вы поймете.

Когда вы вдыхаете, вы никогда не чувствуете дыхания. Вы никог­да не чувствовали дыхания. Вы немедленно станете отрицать это. Вы скажете: «Это неправда. Мы, возможно, не осознаем его непрерывно, но мы чувствуем свое дыхание». Нет, вы не чувствуете дыхание, вы чувствуете прохождение воздуха.

Взгляните на море. На нем волны; вы видите волны. Но эти волны созданы воздухом, ветром. Вы не видите ветер, вы видите результат его действия на воде. Когда вы вдыхаете, воздух касается ваших ноздрей. Вы чувствуете ноздри, но вы не знаете своего дыха­ния. Дыхание идет вниз – вы чувствуете это прохождение. Оно воз­вращается обратно – и опять вы чувствуете прохождение. Вы никогда не чувствуете дыхание, вы чувствуете лишь прикосновение и прохождение.

Это совсем не то, что имеет в виду Шива, когда говорит: «Осоз­най». Сначала вы осознаете прохождение, а когда вы станете полно­стью осознающими прохождение, только тогда вы постепенно начнете осознавать само дыхание. И когда вы осознаете дыхание, вы в состоянии будете осознать промежуток, интервал. Это не так легко, как кажется.

Для тантры, для всех ищущих имеются различные уровни осоз­нанности. Если я обнимаю вас, то вы сначала осознаете мое прикос­новение к вашему телу, а не мою любовь – моя любовь не настолько грубая вещь. И обычно мы никогда не становимся осознающими лю­бовь. Мы осознаем только тело в движении. Мы знаем любовные дви­жения, мы знаем нелюбовные движения, но мы никогда не знаем саму любовь. Если я целую вас, вы осознаете прикосновение, а не мою лю­бовь; эта любовь является слишком тонкой вещью. А пока вы не осоз­наете мою любовь, поцелуй будет мертвым, он ничего не будет значить. Если вы сможете осознать мою любовь, то только тогда вы сможете осознать меня, так как это опять является еще более глубоким слоем.

Дыхание входит внутрь. Вы чувствуете прикосновение, а не ды­хание. Но вы не осознаете даже это прикосновение. Вы чувствуете его только в том случае, если что-то идет не так. Если у вас какие-то трудности с дыханием, то вы чувствуете его; в противном случае вы его не осознаете. Первым шагом является осознание проходов, где ощущается прикосновение дыхания; при этом будет расти ваша чув­ствительность. На то, чтобы стать таким чувствительным, чтобы узнать не прикосновение, а дыхание, потребуются годы. Тогда, гово­рит тантра, вы узнаете прану – жизненную энергию. И только тогда появится промежуток, где дыхание останавливается, где дыхание не движется – или центр, которого касается дыхание, или точка слия­ния, или точка поворота, где вдох переходит в выдох. Это будет труд­ным делом; это не будет таким легким.

Если вы делаете что-нибудь, если вы идете в этот центр, только тогда вы узнаете, как это трудно. Чтобы прийти к этому центру за пределами дыхания, Будде потребовалось шесть лет. Чтобы прийти к этому повороту, ему потребовалось длинное трудное путешествие длиной в шесть лет; затем это случилось. Махавира работал над этим в течение двенадцати лет; затем это случилось. Но формула является простой и теоретически это может случиться в любой момент – теоретически, запомните это. Теоретически здесь нет никаких пре­пятствий, так почему бы этому не случиться в этот самый момент? Препятствием являетесь вы. Если бы не было вас, это могло бы случиться в любой момент. Сокровище здесь; метод вам известен. Вы можете копать, но вы не будете копать.

Даже этот вопрос является трюком, направленным на то, чтобы не копать, потому что ваш ум говорит: «Такая простая вещь? Не будь дураком. Как можешь ты стать буддой при помощи такой простой вещи? Этого не может быть». И затем вы не собираетесь ничего делать, потому что как это может случиться? Ум хитер. Если я гово­рю, что это очень трудно, то ум говорит: «Это так трудно, это за пределами моих возможностей». Если я говорю, что это очень про­сто, ум говорит: «Это так просто, что только дурак может поверить в это». И ум продолжает рационализировать вещи, всегда пытаясь избежать делания.

Ум создает барьеры. Это становится барьером, если вы думаете, что это так просто, или что это слишком сложно – тогда что вы собираетесь делать? Вы не можете делать простую вещь, вы не можете делать сложную вещь. Что вы собираетесь делать? Скажите мне! Если вы хотите делать трудные вещи, я сделаю их трудными. Если вы хотите делать простые вещи, я сделаю их простыми. Здесь есть и то, и другое – все зависит от того, как это интерпретировать. Но необхо­димо одно – это то, что вы собираетесь делать. Если вы делать не собираетесь, то ум всегда предоставит вам соответствующие оправ­дания.

Теоретически все возможно здесь и сейчас; реальных барьеров нет. Но барьеры есть. Они могут быть не реальными, они могут быть просто психологическими – они могут быть просто вашими иллю­зиями, – но они существуют. Если я говорю вам: «Не бойтесь – вперед! Та вещь, о которой вы думаете, что она змея, не является змеей, это просто веревка», – то все равно страх остается. Вам кажется, что это змея.

Поэтому, что бы я ни говорил, это не может помочь. Вы дрожите; вы хотите спастись и убежать. Я говорю, что это просто веревка, а ваш ум скажет: «Этот человек может быть в сговоре со змеей. Здесь что-то не так. Этот человек толкает меня к змее. Он может быть заинтересо­ван в моей смерти или в чем-либо еще». Если я буду слишком долго убеждать вас, что это веревка, то это только покажет вам, что я как-то заинтересован в том, чтобы подтолкнуть вас к змее. Если я говорю вам, что теоретически возможно увидеть, что это веревка в этот са­мый момент, то ваш ум создаст много, много проблем.

В действительности здесь нет дилеммы; в действительности здесь нет проблем. Их никогда не было и никогда не будет. В вашем уме есть проблемы, и вы смотрите на действительность сквозь свой ум; таким образом, действительность становится проблематичной. Ваш ум действует как тюрьма. Он разделяет и создает проблемы. И не только это, он создает решения, которые становятся еще более глубокими проблемами, поскольку фактически здесь нет никаких проблем, которые должны были быть решены. Действительность является совершенно непроблематичной – в ней нет проблем. Но вы не можете видеть что-либо без проблем. Когда вы смотрите, вы со­здаете проблемы. Ваше «смотрение» является проблематичным. Я говорю вам об этих дыхательных техниках, и тогда ум говорит: «Это слишком просто». Почему? Почему ум говорит, что это слишком просто?

Когда был изобретен паровой двигатель, этому никто не поверил. Это выглядело слишком простым – невероятным. Тот самый пар, который вы знаете в своих кухнях, в своих котелках, работает в двигателе, перевозя сотни и сотни пассажиров и такой груз? Тот самый пар, который так хорошо вам знаком? Этого не может быть. Вы знаете, что было в Англии? При первом отправлении поезда ни один не был готов сесть в него, – ни один! Многих людей убеждали, давали деньги, чтобы они сели в поезд, но в последний момент они сбежали. Они говорили: «Во-первых, пар не может творить такие чудеса. Такая простая вещь, как пар, не может делать такие чудеса. А если двигатель и заработает, то это значит, что где-то в нем работает дьявол. Это дьявол все движет, а не пар. А где гарантия того, что если все начнется, то вы будете в состоянии остановить все это?»

Никаких гарантий не могло быть дано, поскольку это был пер­вый поезд. Он никогда еще не останавливался, это было лишь пред­положение. Не было опыта, поэтому наука не могла сказать: «Да, он остановится». Теоретически он остановится... но люди не интересо­вались теориями. Они интересовались тем, был ли некоторый фак­тический опыт остановки поезда: «Если он никогда не остановится, то, что будет с нами, сидящими в поезде?»

Поэтому в качестве пассажиров были посажены двенадцать пре­ступников из тюрьмы. Они все равно собирались умереть, они все равно были приговорены к смерти, поэтому не было бы проблем, если бы поезд не остановился. Тогда сумасшедший машинист, кото­рый думал, что поезд должен остановиться, ученый, который изобрел это, и двенадцать пассажиров, которые все равно должны были уме­реть, – только они решились на это, рискуя погибнуть. «Такая простая вещь, как пар» – говорили в то время. Но теперь никто не скажет этого, потому что теперь пар работает и все знают это.

Все является простым – реальность является простой. Она кажет­ся сложной только из-за невежества; в противном случае все было бы простым. Раз вы знаете это – это становится простым. Узнавание должно быть трудным не из-за реальности, а из-за вашего ума – запомните это. Эти техники являются простыми, но они не будут про­стыми для вас. Ваш ум создаст трудности. Так что испытывайте их с учетом этих трудностей.

Другой вопрос состоит в следующем:

Если я буду испытывать этот метод осознания своего дыхания, если я буду обращать внимание на свое дыхание, то я не смогу делать что-либо еще, все внимание уйдет на осознание. А если я буду вынуж­ден делать что-либо еще, то я не смогу осознавать свое дыхание.

Так и случится, поэтому в самом начале выберите конкретное время утром, вечером или в любое другое время. В течение одного часа делайте только упражнения, не делайте больше ничего. Делайте только упражнения. Если вы будете настроены на них, то не будет никаких проблем. Вы сможете ходить по улицам, и вы сможете быть осознающим.

Между «осознанием» и «вниманием» имеется разница. Когда вы обращаете внимание на что-нибудь, то это исключительность – вы лишаете своего внимания все остальное. Так что в действительности это какая-то напряженность. Вот почему это называется вниманием. Вы обращаете внимание па что-то одно за счет всего остального. Если вы обращаете внимание на ваше дыхание, то вы не можете обращать внимание на ходьбу или на вождение автомобиля. И не пытайтесь делать это во время вождения, поскольку вы не можете обращать внимание и на то, и на другое.

Внимание предполагает одну вещь исключительно. Осознание является совсем другим, оно не исключительно. Оно не означает обращение внимания, оно означает быть внимательным: это всего лишь значит быть сознающим. Вы являетесь сознающим, когда вы осознаете включительно. Ваше дыхание находится в сфере вашего осознания. Вы идете и кто-то еще идет, и вы также его осознаете. Кто-то производит шум на дороге, мимо вас проходят поезда, проле­тают самолеты – все включается в сферу действия сознания. Осозна­ние является включительным, внимание является исключительным. Но в начале осознание будет вниманием.

Поэтому сначала пытайтесь делать это только в назначенное время. В течение одного часа будьте всего лишь внимательны к ва­шему дыханию. Постепенно вы сможете превратить ваше внимание в осознанность. Тогда делайте простые вещи – например, ходите: ходите внимательно, с полным осознанием и ходьбы, и дыхания. Не создавайте никакого противопоставления между этими двумя дей­ствиями – ходьбой и дыханием. Будьте наблюдателем их обоих. Это не трудно.

Посмотрите! Я, например, обращаю внимание на одно лицо из присутствующих. Если я обращаю внимание на одно лицо, все ос­тальные лица для меня не существуют. Если я обращаю внимание на одно лицо, все остальные выходят из моего поля зрения. Если я обращаю внимание только на нос на этом лице, то все лицо, вся оставшаяся часть лица выходит из поля зрения. Я могу продолжать сужать свое внимание до одной точки.

Обратное также возможно. Я обращаю внимание на все лицо; тогда здесь и глаза, и нос, и все остальное. Затем я расширяю поле своего зрения. Я смотрю на вас не как на отдельные личности, а как на группу. Тогда объектом моего внимания является вся группа. Если я считаю вас чем-то отличным от шума на улице, то я вывожу за скобки улицу. Но я могу смотреть на вас и на улицу, как на единое целое. Тогда я могу осознавать и вас, и улицу. Я могу осознавать весь космос. Это зависит от вашего фокуса – оттого, что он становится все шире и шире. Но сначала начните с внимания и помните, что оно должно перерасти в осознанность. Итак, выберите небольшой период времени. Лучше всего утром, потому что утром вы свежи, ваши энергии полны жизни, все на подъеме; по утрам вы являетесь более жизнеспособными.

Физиолог скажет, что вы не только являетесь более жизнеспособ­ными, но и ваш рост несколько больше утром, чем вечером. Если ваш рост шесть футов, то утром в вас шесть футов и половина дюйма, вечером в вас опять шесть футов. Полдюйма теряются за счет того, что ваш позвоночник от усталости оседает. Поэтому утром вы свежи, молоды, полны жизненной энергии.

Делайте так: не ставьте медитацию последним пунктом своего дневного расписания. Сделайте ее первым пунктом. Тогда, когда вы почувствуете, что нет никаких усилий, когда вы сможете сидеть в течение часа подряд, полностью погруженные в дыхание – осознаю­щие, внимательные, – только тогда вы узнаете, что достигли внима­ния к дыханию без каких-либо усилий; когда вы расслаблены и наслаждаетесь этим без всяких усилий, тогда вы достигли этого.

Тогда добавьте что-нибудь еще – ходьбу, например. Помните об обоих, а затем продолжайте добавлять что-нибудь. Спустя некоторое время вы будете в состоянии осознавать свое дыхание непрерывно, даже во сне. И пока вы не сможете осознавать его даже во сне, вы не будете в состоянии познать его глубину. Но это придет, со временем это придет.

Следует быть терпеливым и следует правильно начать. Знайте это, потому что коварный ум всегда будет стараться придать вам неправильный старт. Тогда вы можете прекратить все после двух или трех дней и сказать: «Это безнадежно». Ум даст вам неправильный старт. Поэтому всегда помните, что следует правильно начать, по­скольку правильное начало означает половину дела. Но вы начинаете неправильно.

Вы очень хорошо знаете, что внимание является трудной вещью. Это потому, что вы тотально погружены в сон. Поэтому если вы пытаетесь быть внимательным к дыханию, делая при этом что-либо еще, вы не сможете сделать этого. И вы не стараетесь оставить другие дела, вы прекращаете усилия быть внимательными к дыханию.

Поэтому не создавайте для себя ненужных проблем. В двадцати четырех часах вы можете найти для себя небольшой уголок. Вас устроят сорок минут... делайте свои упражнения в течение этого от­резка времени. Но ум найдет много отговорок. Ум скажет: «Откуда брать время? Нужно сделать еще так много работы. Где взять время?» Или ум скажет: «Это невозможно сейчас, поэтому отложите это. Ког­да-нибудь в будущем, когда дела будут идти лучше, вы сделаете это». Остерегайтесь того, что говорит ваш ум. Не слишком доверяйте ему. А мы никогда не сомневаемся. Мы можем сомневаться в чем угодно, но мы никогда не сомневаемся в своем собственном уме.

Даже те, кто так много говорит о скептицизме, о сомнении, о причинности, даже они никогда не сомневаются в своем уме. А ваш ум привел вас в то состояние, в котором вы находитесь. Если вы находитесь в аду, то это ваш ум привел вас в этот ад, а вы никогда не сомневались в своем проводнике. Вы можете сомневаться в своем учителе, в своем мастере, но вы никогда не сомневаетесь в своем уме.

С неуклонной верой мы движемся за своим умом как за гуру. А ваш ум привел вас в тот беспорядок, в те несчастья, в которых вы находи­тесь. Если вы собираетесь в чем-нибудь сомневаться, усомнитесь, прежде всего, в своем собственном уме. И если ваш ум скажет что-ни­будь, подумайте дважды.

Это правда, что у вас совсем нет времени? Действительно? У вас нет времени на медитацию – вы не можете выделить один час на медитацию? Подумайте дважды. Спрашивайте свой ум снова и сно­ва: «Это действительно так, что у меня совсем нет времени?»

Я не понимаю этого. Я не видел человека, который не имел более чем достаточно времени. Я вижу людей, которые играют в карты и говорят: «Мы убиваем время». Они отправляются в кино и говорят: «Что делать?» Они убивают время, сплетничают, читают снова и снова одни и те же газеты, говорят о тех же вещах, о которых они говорили всю свою жизнь, и они же говорят: «У нас совсем нет времени». Для ненужных вещей у них всегда есть время. Почему?

В ненужных делах ум не находится ни в какой опасности. В момент, когда вы думаете о медитации, ум становится встревожен­ным. Сейчас вы движетесь в опасном направлении, поскольку меди­тация означает смерть ума. Если вы направляетесь в медитацию, то рано или поздно ваш ум должен будет раствориться, будет полностью отставлен. Ум становится встревоженным и начинает говорить вам много вещей: «Откуда взять время? А если и есть время, то должны быть сделаны более важные вещи. Сначала отложите это на более поздний срок. Вы сможете медитировать в любое время. Деньги более важны. Сначала накопите денег, а затем медитируйте в свобод­ное время. Как можете вы медитировать без денег? Итак, сначала обратите внимание на деньги, а потом медитируйте».

Медитацию легко можно отложить, вы чувствуете это, потому что она не связана с вашим непосредственным выживанием. Хлеб нельзя отложить – вы умрете. Деньги нельзя отложить – они нужны вам для удовлетворения ваших основных потребностей. Медитация может быть отложена, вы можете прожить и без нее. Действительно, вы легко можете прожить и без нее.

В тот момент, когда вы глубоко входите в медитацию, вы не живете, во всяком случае, вы не живете на этой Земле – вы исчезаете. Вы исчезнете из круга этой жизни, с этого колеса. Медитация подо­бна смерти, поэтому ум начинает бояться. Медитация подобна люб­ви, поэтому ум начинает бояться. «Отложи» – говорит он, и вы можете продолжать откладывать до бесконечности. Ваш ум всегда говорит что-то, подобное этому. И не думайте, что я говорю о других. Я говорю конкретно о вас.

Я встречал много интеллигентных людей, которые продолжали говорить интеллигентные вещи о медитации. Один человек приехал из Дели; он крупный правительственный чиновник. Он приехал только с целью научиться здесь медитации. Он приехал из Дели и оставался здесь семь дней. Я говорил ему приходить в утренний медитационный класс на пляже Чоупатти в Бомбее, но он сказал: «Но это трудно. Я не могу вставать так рано». И он никогда не подумал над тем, что сказал ему его ум. Разве это так трудно? Теперь вы будете знать: упражнения являются легкими, но ваш ум не является таким легким. Ум говорит: «Как я могу вставать утром в шесть часов?»

Я был в большом городе, и налоговый инспектор этого города пришел навестить меня в одиннадцать часов вечера. Я как раз соби­рался спать, но он пришел и сказал: «Нет! Это безобразие. Я очень взволнован». «Это вопрос жизни и смерти» – сказал он мне. «Поэтому, пожалуйста, уделите мне хотя бы полчаса времени. Научите меня медитации; в противном случае я могу совершить самоубийство. Я очень расстроен и так разочарован, что что-то может случиться в моем внутреннем мире. Мой внешний мир потерян полностью».

Я сказал ему: «Приходите утром в пять часов».

Он сказал: «Это невозможно». Это вопрос жизни и смерти, но он не может встать в пять часов. Он сказал: «Это невозможно. Я никогда не встаю так рано».

«О'кей», – сказал я ему. «Тогда приходите в десять».

Он сказал: «Это также будет трудно, поскольку в десять тридцать я должен присутствовать в своем учреждении».

Он не может взять однодневный отпуск, а это вопрос жизни и смерти. Поэтому я сказал ему: «Это вопрос вашей жизни и смерти или моей жизни и смерти? Чьей?» А он не был неинтеллигентным человеком, он был достаточно интеллигентен. Эти шутки были очень интеллигентными.

Поэтому не думайте, что ваш ум не разыгрывает с вами те же самые шутки. Он очень интеллигентен, и поскольку вы думаете, что это ваш ум, вы в нем никогда не сомневаетесь. Но это не ваш ум, это всего лишь продукт вашего общества. Он не ваш! Он был дан вам, он был навязан вам. Вы были обучены и обусловлены определенным образом. С самого детства ваш ум формировался другими – родите­лями, обществом, учителями. Прошлое формирует ваш ум, влияет на ваш ум. Мертвое прошлое непрерывно совершает насилие над живущим.

Учителя являются просто агентами – агентами прошлого, сражающегося против живущего. Они продолжают навязывать ва­шему уму различные вещи. Но ум так близок вам, промежуток между вами так мал, что вы начинаете отождествлять себя со своим умом. Вы говорите: «Я индус». Подумайте снова, пересмотрите это. Вы не являетесь индусом. Вам был дан ум индуса. Вы были рождены как простое невинное существо – не индус, не мусульманин. Но вам дали ум мусульманина, ум индуса. К вам было применено насилие, вы были лишены свободы, насильно помещены в конкретные условия, а затем жизнь добавляла свое к этому уму, и этот ум становился тяжелым – тяжелым для вас. Вы ничего не могли сделать сами; ум начинал насильно толкать вас по своему пути. На ваш ум наложился ваш жизненный опыт. Постоянно ваше прошлое обуславливает каж­дый момент вашего настоящего. Если я что-либо говорю вам, то вы не собираетесь думать об этом свежим способом, открытым спосо­бом. Ваш старый ум, ваше прошлое встанут между нами, начнут говорить и болтать за и против.

Помните, ваше тело не ваше – оно пришло от ваших родителей. Ваш ум тоже не ваш – он также пришел от ваших родителей. Кто же вы?

Каждый человек отождествляется со своим телом или со своим умом. Вы думаете, что вы молодой, вы думаете, что вы старый, вы думаете, что вы индус, вы думаете, что вы джайн, что вы парси. Нет! Вы были рождены как чистое сознание. Сейчас оно лишено свободы. Эти техники, которые кажутся вам такими простыми, не будут таки­ми простыми, потому что этот ум будет постоянно создавать много сложностей и проблем.

Как раз несколько дней назад ко мне пришел человек и сказал: «Я применяю ваш метод медитации, но скажите мне, в какой священ­ной книге он описан? Если вы сумеете убедить меня, что он описан в священных книгах моей религии, то для меня будет легче выпол­нять его». Но почему для него будет легче, если метод описан в священной книге? Потому что тогда ум не будет создавать проблему. Ум скажет: «О'кей! Этот метод принадлежит нам, поэтому делай его». Если он не описан ни в какой священной книге, то ум скажет: «Что ты делаешь?» Ум будет против этого.

Я сказал этому человеку: «Вы применяете этот метод в течение трех месяцев. Как вы себя чувствуете?»

Он сказал: «Прекрасно. Я чувствую себя очень прекрасно. Но скажите мне... дайте какой-нибудь авторитетный источник из свя­щенных книг». Его собственные ощущения совсем не являются для него авторитетом. Он говорит: «Я чувствую себя прекрасно. Я стал более молчаливым, более миролюбивым, более любящим. Я чувст­вую себя прекрасно». Но его собственные переживания для него не авторитет. Ум ищет авторитетов из прошлого.

Я сказал ему: «Эта техника не описана где-либо в ваших священ­ных книгах. Скорее там много написано против нее».

Его лицо стало печальным. И затем он сказал: «Тогда для меня будет трудно делать это и продолжать это».

Почему его собственный опыт не имеет никакого значения?

Прошлое порождает обусловленность, ум постоянно формирует вас и разрушает ваше настоящее. Поэтому помните это и будьте осознающими. Относитесь к вашему уму скептически и с сомнени­ем. Не доверяйте ему. Если вы сможете достичь достаточной зрело­сти, чтобы не доверять своему уму, то только тогда эти техники будут действительно простыми, полезными, функционирующими. Они будут порождать чудеса – они могут порождать чудеса.

Эти методы, эти техники невозможно понять интеллектуально. Я пытаюсь сделать невозможное, но тогда почему я пытаюсь делать это? Если их нельзя понять интеллектуально, то почему я говорю вам о них? Они не могут быть поняты интеллектуально, но у нас нет другого способа заставить вас осознать некоторые техники, которые могут тотально изменить вашу жизнь. Вы можете понимать только интеллект, и в этом вся проблема. Вы не можете понимать ничего другого – вы можете понимать только интеллект. А эти техники не могут быть поняты интеллектуально, так как же нам с вами общать­ся?

Или вы должны стать способными, понимать без участия интел­лекта, или должны быть найдены некоторые методы, которые бы сделали эти техники интеллектуально понятными. Второе невоз­можно, но возможно первое.

Вы должны будете начать интеллектуально, но не цепляйтесь за это. Когда я говорю: «Делайте», пытайтесь делать. Если что-то начнет происходить с вами, то вы будете в состоянии отбросить свой интел­лект и общаться со мной непосредственно без интеллекта, без каких-либо усилий, без посредника. Но начните делать что-нибудь. Мы можем продолжать говорить еще годы и годы, ваш ум может быть нафарширован многими вещами, но это вам не поможет. Скорее это может навредить вам, потому что вы станете знать слишком много. А если вы много знаете, то это будет смущать вас. Это не очень хорошо – знать много. Лучше знать немного и практиковать это. Полезной может оказаться одна-единственная техника; делание че­го-нибудь всегда полезно. Какова трудность в ее выполнении?

Где-то глубоко в вас сидит страх. Страх заключается в том, что если вы практикуете технику, то может быть обнаружено что-то, что будет пре­пятствовать вашей реализации – и в этом страх. Это может показать­ся парадоксальным, но я встречал так много людей, которые думают, что они хотят измениться. Они говорят, что они нуждаются в меди­тации, они спрашивают о глубокой трансформации, но где-то в глу­бине они также боятся. Они являются дуалистичными – двойственными; они имеют два ума. Они продолжают спрашивать о том, что им делать, но никогда не делают этого. Почему же тогда они продолжают спрашивать? Да просто для того, чтобы убедить самих себя, что они действительно интересуются своей трансформацией. Вот почему они спрашивают.

Это создает фасад, видимость того, что они на самом деле иск­ренне интересуются проблемой изменения себя. Вот почему они спрашивают, ходят от одного гуру к другому, выясняют, пытаются, но никогда ничего не делают. В глубине души они боятся.

Эрих Фромм написал книгу «Бегство от свободы». Название кажется противоречивым. Все думают, что им нравится свобода; все думают, что они стремятся к свободе – в этом мире и в «том мире» тоже. «Мы хотим мокши, освобождения, мы хотим быть свободными от всех ограничений, от всякого рабства. Мы хотим быть тотально свободными», – говорят они. Но Эрих Фромм утверждает, что человек боится свободы. Мы хотим ее, мы продолжаем говорить, что мы хотим ее, мы продолжаем убеждать себя, что мы хотим ее, но в глубине души мы боимся ее. Мы не хотим ее! Почему? Почему такая двойственность?

Свобода порождает страх, а медитация может дать наиболее глу­бокое освобождение. Вы освобождаетесь не только от внешних огра­ничений, вы освобождаетесь и от внутреннего рабства – от своего ума, от основного рабства. Вы освобождаетесь от всего прошлого. В тот момент, когда у вас нет ума, прошлое исчезает. Вы переступили границы истории; теперь для вас нет общества, нет религии, нет священных книг, нет традиций, потому что все они пребывали в вашем уме. Теперь нет ни прошлого, ни будущего, потому что про­шлое и будущее являются частью ума, памяти и воображения.

Тогда вы здесь и сейчас в настоящем. Теперь не предполагается никакого будущего. Теперь будет сейчас, сейчас и сейчас – вечное сейчас. Тогда вы освобождены полностью; вы перешли за пределы всех традиций, всей истории, тела, ума – всего. Вы освобождены от ужасного. Такая свобода – тогда где же будете вы? Можете ли вы существовать в такой свободе? В такой свободе, в таком просторе сможете ли вы иметь свое маленькое «я» – свое эго? Сможете ли вы сказать: «Я есть»?

Вы можете сказать: «Я нахожусь в рабстве», поскольку вы знаете свои границы. Но когда нет рабства, нет и границ. Вы становитесь просто состоянием, ничем больше... абсолютным ничто, пустотой. Это создает страх, поэтому вы продолжаете говорить о медитации, о том, как делать ее, и, в то же время, вы продолжаете обходиться без нее.

Все вопросы возникают из этого страха. Почувствуйте этот страх. Если вы узнаете его, он исчезнет. Если вы его не узнаете, он не исчезнет. Готовы ли вы умереть в духовном смысле? Готовы ли вы не быть!?

Кто бы ни приходил к Будде, он говорил: «Основной истиной является то, что вас нет. И поскольку вас нет, вы не можете умереть, вы не можете родиться; и поскольку вас нет, вы не можете страдать, не можете быть в рабстве. Готовы ли вы принять это?» Будда обычно говорил: «Готовы ли вы принять это? Если вы не готовы это принять, то не надо сейчас испытывать медитацию. Сначала попытайтесь выяснить, есть вы на самом деле или вас нет. Сначала медитируйте на это: существует ли ваше «я»? Имеется ли какая-то субстанция внутри или вы всего лишь некоторая комбинация?"

Если вам удастся выяснить это, то вы узнаете, что ваше тело является комбинацией. Кое-что пришло от вашей матери, кое-что пришло от вашего отца, а все остальное пришло из пищи. Это и есть ваше тело. В этом теле вас нет, в нем нет никакого «я». Поразмыш­ляйте о своем уме: что-то пришло отсюда, что-то пришло оттуда. Ум не имеет ничего своего, оригинального. Он просто некоторое скопле­ние.

Выясните, имеется ли какое-либо «я» в вашем уме. Если вы проникнете вглубь, то вы поймете, что ваша личность просто похожа на луковицу. Вы снимаете один слой, а под ним появляется другой. Вы продолжаете снимать слой за слоем и, наконец, приходите к тому, что можно назвать «ничто». Если снять все слои, то внутри не оста­нется ничего. И тело, и ум похожи на луковицу. Когда вы снимете все слои и с тела, и с ума, тогда вы вступите в ничто, в бездну, в бездонную пустоту. Будда называл эту пустоту шунья.

Возможность встретить эту шунью, эту пустоту порождает страх. Этот страх здесь. Вот почему мы никогда не практикуем медитацию. Мы говорим о ней, но мы никогда не делаем что-либо, связанное с ней. Этот страх здесь. В глубине души вы знаете, что здесь пустота, но вы не можете избежать этого страха. Что бы вы ни делали, страх будет оставаться до тех пор, пока вы не убедитесь в этом. Это единст­венный способ. Раз вы встретите ваше ничто, раз вы узнаете, что внутри вас всего лишь пустое пространство, шунья, то страха больше не будет. Тогда тут не может быть никакого страха, потому что эта шунья, эта пустота не может быть разрушена. Эта пустота не собира­ется умирать. Того, что собиралось умирать, уже нет здесь; это не что иное, как слои луковицы.

Вот почему много раз, когда вы находитесь в глубокой медита­ции и приближаетесь к этой пустоте, на вас находит страх и вы начинаете дрожать. Вы чувствуете, что вы сейчас умрете, вы хотите сбежать из этой пустоты обратно в мир. И многие возвращаются; тогда они никогда не поворачивают внутрь снова. Насколько я пони­маю это, каждый из вас испытал в одной из жизней ту или иную медитативную технику. Вы были около пустоты, а затем страх захватил вас и вы бежали. Это хранится глубоко в вашей прошлой памяти, а эта память здесь – это становится препятствием. Когда бы вы снова не думали о том, чтобы испытать медитацию, эта прошлая память, сидя­щая глубоко в вашем неосознающем уме, снова возбуждает вас и гово­рит: «Продолжай думать, не делай этого. Ты уже делал это однажды».

Трудно найти человека, а я заглядывал во многих, кто бы не испытывал медитацию раз или два в одной из своих жизней. Память здесь, но вы не осознаете ее, вы не осознаете, где находится эта память. Она здесь. Когда бы вы ни делали что-нибудь, это становится барьером, это и то начинает останавливать вас многими способами. Поэтому если вы действительно интересуетесь медитацией, выясни­те все о своем страхе перед ней. Ответьте искренне на вопрос: вы боитесь? Если вы боитесь, то, прежде всего что-либо, должно быть сделано с этим страхом, а не с медитацией.

Будда практиковал много способов. Иногда кто-нибудь говорил ему: «Я боюсь испытывать медитацию». Но так и должно быть: мас­теру следует говорить о том, что вы боитесь. Вы не можете решить за мастера... в этом и нет нужды – принимать самостоятельное решение. Поэтому когда кто-либо говорил: «Я боюсь медитации», Будда обыч­но говорил: «Вы выполнили первое требование». Если вы говорите себе, что вы боитесь медитации, то значит, что-то становится воз­можным. Тогда что-то может быть сделано, потому что вы обнару­жили глубинную вещь. Итак, что такое страх? Медитируйте на него. Идите и выкопайте его прочь, вот в чем источник всего.

Все страхи в основном ориентированы на смерть. Каковы бы ни были их внешний вид, имя, форма, все страхи имеют в виду смерть. Если вы продвинетесь вглубь, вы обнаружите, что вы боитесь смерти.

Если кто-нибудь приходил к Будде и говорил: «Я обнаружил, что я боюсь смерти», Будда обычно говорил: «Тогда идите на пристань для сожжений, идите на кладбище и медитируйте на погребальный костер. Люди умирают ежедневно – их сжигают. Всего лишь оставай­тесь на маргхате – кладбище – и медитируйте на погребальный кос­тер. Когда члены семьи покойника уйдут, оставайтесь там. Просто смотрите на огонь, на горящее тело. Когда все превратится в дым, вглядывайтесь в него поглубже. Не думайте, просто медитируйте на него в течение трех месяцев, шести месяцев, девяти месяцев.

Когда вы определенно убедитесь в том, что смерти невозможно избежать, когда станет абсолютно определенно известно, что смерть есть способ жизни, что смерть имплантирована в жизнь, что смерть будет обязательно, что нет другого пути и вы уже на этом пути, только тогда приходите ко мне».

После медитации на смерти, после ежедневного наблюдения – днем и ночью – сжигаемых мертвых тел, рассыпающихся в пепел, – только дым остается от них, да и тот исчезает – после медитации в течение нескольких месяцев подряд возникнет определенность: смерть неизбежна. На самом деле это единственная определенность. Единственной определенной вещью в жизни является смерть. Все остальное не является определенным: оно может быть, а может и не быть. Но по поводу смерти вы не можете сказать, что она может быть, а может и не быть. Она есть, она всегда будет. Она уже существует. В тот момент, когда вы вошли в жизнь, вы вошли и в смерть. И теперь с этим ничего нельзя поделать.

Когда смерть становится определенной, то страха нет. Страх всег­да живет вместе с вещами, которые могут быть изменены. Если смерть должна наступить, то страх исчезает. Если вы можете изме­ниться, если вы можете предпринять что-нибудь по отношению к смерти, то страх останется. Если же ничего нельзя поделать, если вы уже в ней, тогда абсолютно определенно страх исчезнет. Когда страх смерти исчез, Будда позволит вам медитировать. Он говорил: «Те­перь ты можешь медитировать».

И вы тоже забирайтесь глубоко в свой ум. Выслушивание бесед об этих техниках будет полезным лишь тогда, когда ваши внутренние барьеры сломаны, когда внутренний страх исчез и вы определенно поняли, что смерть является реальностью. Поэтому если вы умрете в медитации, то это не страшно – смерть предопределена. Даже если смерть наступит при медитации, страха нет. Только тогда сможете вы двигаться – и тогда вы сможете двигаться со скоростью ракеты, потому что барьеров больше нет.

Проблема не дистанция, а барьеры. Если барьеров нет, вы сможете двигаться сию же минуту. Вы все еще здесь из-за барьеров. Это барьерный бег, а вы продолжаете ставить все новые и новые барьеры. Вы чувствуете себя хорошо, когда преодолеваете барьер; вы чувствуете себя хорошо оттого, что только что преодолели барьер. А идиотизм этого, глупость этого заключается в том, что новый барьер ставится в том же месте, где стоял старый. Его здесь и не было. Вы продолжаете ставить барьеры, затем перепрыгиваете через них и чувствуете себя хорошо; затем вы продолжаете ставить еще барьеры и снова прыгаете. Вы движетесь по кругу и никогда, никогда не достигаете центра.

Ум создает барьеры, потому что он боится. Он даст вам много объяснений того, почему вы не делаете медитацию. Не верьте ему. Идите вглубь, выясните основную причину. Почему человек продол­жает говорить о пище и все же никогда не ест? В чем проблема? Человек кажется сошедшим с ума!

Иной человек продолжает говорить о любви и никогда не любит, а другой продолжает говорить о чем-то другом и тоже никогда не делает ничего, связанного с этим. Эти разговоры становятся навяз­чивой идеей; они становятся принужденными. Кто-то продолжает разговоры, а кто-то считает эти разговоры самим деланием. Разго­варивая, вы думаете, что что-то делаете, поэтому чувствуете облегче­ние. Вы делаете что-то – как минимум разговариваете, как минимум читаете, как минимум слушаете. Это не делание. Это заблуждение, – не вводите себя в заблуждение.

Я буду говорить здесь об этих ста двенадцати методах не для того чтобы дать пищу вашему уму, не для того, чтобы сделать вас более знающими, не для того, чтобы сделать вас более информированны­ми. Я не пытаюсь сделать из вас ученых мужей. Я говорю здесь для того, чтобы дать вам некоторые техники, которые могут изменить вас. Поэтому, какой бы метод ни показался вам привлекательным, не начинайте говорить о нем – делайте его! Молчите о нем и делайте его. Ваш ум поднимет много вопросов. Перед тем, как спрашивать меня запросите глубины самого себя. Спросите свои глубины, являются ли эти вопросы действительно важными или ваш ум просто вводит вас в заблуждение.

Делайте, потом спрашивайте. Тогда ваши вопросы приобретут практический смысл. А я знаю, какие вопросы задают вследствие делания, а какие просто из любопытства, просто из-за интеллекта. Поэтому время от времени я совсем не буду отвечать на ваши интел­лектуальные вопросы. Делайте что-нибудь – тогда ваши вопросы станут существенными. Вопросы вроде тех, что это упражнение яв­ляется слишком легким, не задаются после делания. Эти методы не являются такими простыми! И в конце я должен повторить снова:

Вы уже являетесь истиной.

Нужна только определенная осознанность.

Вы не должны идти куда-либо в другое место. Вы должны идти внутрь себя, и в путь можно отправиться сейчас же. Если вы сможете отбросить свой ум, вы сможете войти в здесь и сейчас.

Эти техники предназначены для того, чтобы отбросить свой ум. Эти техники, на самом деле, не для медитации; они для отбрасыва­ния ума. Если ума здесь нет, вы есть!

Я думаю, что этого достаточно на сегодня, даже более чем доста­точно.

←К оглавлению

Вверх

Далее

(наведите мышь)